Текст, обещанный ниже.
Глава 12.
Прояснение.
Большая холодная лужа серебрилась под неярким ноябрьским солнцем. Поверхность ее то и дело подергивалась рябью. Порывистый ветер швырял в разные стороны грязные рваные пакеты, нес по улице сухие листья. Я сидел за единственным выставленным на улицу столи-ком в кафе “Кристина” и листал научно-популярный журнал. В одной из статей сравнительно коротко и относительно доступно излагалась тео-рия возникновения Вселенной, принципы устройства нашего мира. Та тема, которой я интересовался уже много лет. Со школьной скамьи. Статья не содержала никаких математических выкладок и носила опи-сательный характер, но я понимал, что имел в виду автор — доктор физико-математических наук, хорошо владевший темой…
Пожалуй, я и поступил на факультет физики не для того, чтобы получить там специальность, а для того, чтобы узнать, как устроен мир. Нет, я не думал, что мне поведают там все секреты мироздания. Я соби-рался овладеть знаниями и понять устройство Вселенной сам. Объяс-нить его людям. Сейчас я уже заканчивал учебу, обогатив свои знания так, как мне и не представлялось каких-то пять лет назад.
И что же? Если прежде у меня были хоть какие-то наивные теории относительно устройства мира, если я верил в то, что рано или поздно большинство загадок природы будут разгаданы, то сейчас все больше приходил к мысли, что в рамках существующих теорий ответы на неко-торые вопросы не могут быть получены в принципе. Причем вопросы эти глобальны: суть пространства, времени и материи, закон сохранения энергии, в который все мы свято верим, явление причинности. Слишком сложны законы физики. Слишком громадна Вселенная. Слишком кра-сив и велик мир, в котором мы живем, слишком изящны его законы и их взаимосвязь.
Мы не знаем, кто мы. Не знаем, как появились на свет и как жи-вем. Не знаем, что есть время, пространство и материя — самые сущест-венные понятия нашего мира. Мы можем только предполагать, как уст-роена Вселенная, сделав массу допущений, приняв множество постула-тов.
Мы не имеем ни малейшего представления о дальнейшей судьбе нашего мира… И, соответственно, о нашем собственном будущем. Даже если мы не только органические, но и энергетические объекты. Даже если душа живет вечно… Куда денется душа, когда Вселенной не станет?
А человеку свойственно мыслить глобально. Он знает, что солнце будет светить еще несколько миллиардов лет, но его беспокоит — а что произойдет дальше? Что станет с нашими потомками, оставшимися на Земле? Хотя мало кто из людей проживет больше ста лет. Во всяком случае, в этом теле… Символично, не правда ли?
Существует достаточно теорий развития Вселенной, которые де-лают попытки заглянуть в будущее как можно дальше. Но конструируе-мые модели настолько разнообразны и используют столько допущений, что придерживаться какой-либо из них может только очень убежденный человек. Настоящий ученый. Настоящий мечтатель. К тому же, даже са-мые хорошие теории все равно не дают ответы на основные вопросы! На вопросы, которые может поставить даже ребенок, и на который аб-солютно нечего ответить взрослым!
Я поднял голову, краем глаза заметив нескладный беспокойный силуэт. По улице быстро перемещался, интенсивно размахивая руками и разговаривая сам с собой, Арсений. Он не обращал совершенно никако-го внимания на окружающих. Не смотрел по сторонам. Только говорил что-то, говорил, словно доказывая кому-то, и размахивал руками. Одеж-да Арсения была всепогодной. Пальто поверх бельевой майки, не завя-занная солдатская шапка-ушанка из искусственного меха, хлопчатобу-мажные тренировочные брюки и ботинки. Он ходил так и весной, и осе-нью, и зимой, и летом. Летом, может быть, снимал шапку. А, может, и нет. Я не обращал внимания. Знаю только, что каждый день он выходил на прогулку и преодолевал огромные расстояния, убеждая в чем-то не-видимого собеседника. В городе на Арсения давно перестали обращать внимание. Он разглагольствовал на порогах магазинов, шел по обочи-нам дорог, игнорируя непогоду, грязь и лужи. Арсений никогда никого не трогал, даже не смотрел в сторону людей. Его тоже, как правило, не обижали.
Двое посетителей “Кристины”, мужчина и женщина лет под сорок, вышедшие из теплого зала в веселом настроении, мельком взглянули в сторону сумасшедшего.
- И не холодно ему никогда, — мимоходом заметил мужчина, взглянув на Арсения. — Зимой вот так бегает, и никакая болезнь не берет. А ты вый-ди без шарфа — завтра сляжешь с температурой и насморком.
- Дурачок он, — беззлобно улыбнулась ярко одетая и увешанная блестя-щей бижутерией женщина. — Блаженный. Легко ему живется. Ни забот, ни хлопот, ни проблем.
Я не выдержал и расхохотался. После тех проблем, над которыми я размышлял сейчас, любое человеческое желание, любые мудрствова-ния кажутся такими смешными и бесполезными… У Арсения нет про-блем! А у вас они есть, милые обыватели? Какие проблемы у вас? Как набить свой желудок? Обеспечить условия комфортного существования себе и своим отпрыскам? Устроиться на хорошую работу? Купить пре-стижную и ненужную вам вещь? Завести нужных друзей? Это проблемы амебы…
Потом я представил себя со стороны: та же самая амеба, пытаю-щаяся решать мировые проблемы. Напыщенная и рассуждающая о смысле жизни. Мне стало еще веселее. Я уткнулся лицом в журнал и да-вился хохотом, пока опасливо поглядывающая в мою сторону парочка не вышла за ворота кафе. Действительно, что обо мне можно подумать со стороны? Странный тип, который зачем-то сидит на ветру с журна-лом и чашкой остывшего кофе вместо того, чтобы войти в полупустой зал и согреться в прокуренном воздухе…
Впрочем, я обычный человек. У меня, как и других, есть семья, друзья. Есть свои привычки и пристрастия. Свои интересы, подчас со-всем не глобального характера. Мне нравятся красивые вещи, я люблю вкусно поесть…
Все мы похожи друг на друга, и в то же время, все мы со странно-стями. Вопрос в том, что есть любой человек? Пусть только с естествен-ной точки зрения, как биологический организм? С точки зрения физики — довольно-таки сложное собрание органических молекул. Сердце, легкие, нервы, обмен веществ — с этим все более или менее ясно.
Копнем еще глубже. Вглубь и вглубь.
Каждый человек, да и все вокруг состоит из молекул. Молекулы образуются из атомов. Атомы, сами по себе, очень простые объекты. Ядро, состоящее из протонов и нейтронов, электроны…
Из протонов, нейтронов и электронов образовано почти все веще-ство. И что такое вещество, мы, как я уже говорил выше, не знаем.
Возьмем, к примеру, электрон. Что это? Некая частица, которая, как скажет вам школьник-шестиклассник, вращается вокруг ядра. Но нет, на самом деле — не вращается. Потому что вращением это не назо-вешь. Электроны в атоме образуют некое электронное облако. Распре-деление вероятности встретить электрон в той или иной точке…
Сам электрон — то ли частица, то ли волна. Впрочем, все частицы — в какой-то степени волны.
Собственно ядро — “материальный” объект — занимает одну стотысячную часть объема атома . Остальное — пустота. Самая настоящая пустота… Вакуум. Если бы мы могли изучать так называемые материальные объекты с помощью прибора с огромной разрешающей способностью, мы бы их просто не увидели. Такими плотными тела кажутся только потому, что мы рассматриваем их с помощью световых волн. А свет — очень грубый инструмент. Он дает усредненную картинку . С помощью обычного света и атом водорода не разглядишь, не то, что ядро… Вот и кажется нам, что существуют какие-то материальные тела. На самом деле — пустота… Одна пустота с вкрапленными точками сосредоточения массы ужасающей плотности. Иллюзия, описываемая уравнением Шредингера.
